Малыш и Карлсон: две половинки одного человека

Карлсон — персонаж куда более неоднозначный, чем кажется. У нас его любят почти безоговорочно, а вот на родине, в Швеции, к нему относятся прохладно, называя хвастуном, эгоистом и обманщиком. Автор истории замечала, что в Карлсоне «есть что-то русское». Так что же это за герой и какому жизненному сценарию соответствует его поведение? Попробуем посмотреть на сказку глазами психолога.

Кто такой Карлсон

Сам себя он характеризует щедро: обаятельный, красивый, умный, смелый, лучший в мире мастер на все руки и «в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил». Очевидно, что перед нами человек отнюдь не с низкой самооценкой — скорее потрясающе самовлюблённый.

А теперь несколько фактов о нём:

• живёт один, на крыше, вдалеке от всех;
• не имеет обычного жилья;
• обладает средством, чтобы быстро передвигаться;
• дружит с одиноким мальчиком и очень любит сладкое.

Если поддаться соблазну и трактовать всё это буквально и мрачно, картина выйдет тревожной. Но именно здесь важно остановиться: поведение и характер — разные вещи. По складу личности Карлсон вовсе не тот, кем его можно поспешно счесть по внешним признакам. И интереснее посмотреть не на него одного, а на пару «Малыш — Карлсон» в целом.

Синдром воображаемого друга

С Малышом тоже всё не так просто. Существует так называемый «синдром Карлсона» — особенность детей примерно трёх-семи лет, когда ребёнок придумывает себе воображаемого друга. И это абсолютно нормальное явление.

Воображаемый приятель есть примерно у двух третей детей этого возраста. И именно у таких детей часто выше показатели интеллекта и творческих способностей.

Психологи считают такого друга признаком развитого воображения. Он помогает ребёнку скрасить будни, справиться со страхами, преодолеть застенчивость и другие сложности. Когда впечатлений в реальной жизни не хватает, ребёнок создаёт мир, в котором вместе с выдуманным спутником путешествует по крышам — то есть по другим, своим мирам.

Что стоит за появлением такого друга

Источник детских трудностей чаще всего кроется в родительских промахах. Вспомним, что предшествовало появлению Карлсона: в один день мама отругала Малыша, сестра одёрнула, папа рассердился за позднее возвращение. А ещё ему не разрешили завести щенка, о котором он так мечтал. И тогда прозвучало горькое:

Вот у тебя, мама, есть папа, и Боссе с Бетан всегда вместе. А у меня — у меня никого нет!

Воображаемый друг многое рассказывает о состоянии ребёнка. По тому, зачем он «приходит», можно понять внутреннюю ситуацию:

1. если друг разрешает то, что запрещают родители, — вероятно, давление на ребёнка слишком велико;
2. если он приходит защищать — значит, ребёнку плохо и он нуждается в защите;
3. если обещает поквитаться с обидчиками — это может быть вытесненная агрессия;
4. если к семи-девяти годам такой друг не исчезает сам — возможно, стоит обратиться к психологу.

Часто воображаемый спутник появляется у ребёнка, который чувствует себя одиноким. Например, когда в семье рождается второй малыш и всё внимание уходит младенцу. Поэтому, если ребёнок с головой уходит в придуманный мир, стоит спросить себя: как давно мы просто гуляли с ним, кормили голубей, собирали листья или разговаривали по душам?

Взрослые, которые не выросли

Синдром Карлсона встречается и у взрослых — их иногда называют «кидалтами». Среди них немало творческих и талантливых людей. Но многие из них боятся ответственности и обязательств, избегают официального брака, воспринимая его как посягательство на свободу, предпочитая детскую беззаботность и жизнь в собственной реальности.

В этом есть что-то узнаваемое для очень многих. И детям, и взрослым порой скучновато во «взрослом» мире, и мы уходим в мир грёз, где нас любят, где нам хорошо и где не накажут за небольшую шалость. Порой мы остаёмся детьми до глубокой старости.

Две полярности одной личности

А теперь главное. С точки зрения гештальт-подхода, Малыш и Карлсон — это две полярности одного человека.

Полярности — это противоположности, через которые вообще устроено наше восприятие. Многое не могло бы существовать без своей противоположности: если бы день нельзя было отличить от ночи, не было бы ни того, ни другого. Личность тоже функционирует по принципу противоположностей, и внутри нас нередко идёт спор между двумя частями:

• требовательной, авторитетной, самодовольной — она апеллирует к чувству долга;
• оправдывающейся, бессильной, защищающейся.

Обе части борются за власть, и их противостояние — основа игры в самобичевание.

Кого мы выбираем и что это о нас говорит

Чаще всего те, кто называет эту сказку любимой, обожают именно Карлсона — за независимость, оптимизм, самодостаточность и уверенность. Эти черты кажутся привлекательными, их хочется видеть в себе.

Но вот парадокс: в реальности такая модель поведения обычно этим людям не свойственна или принята извне, навязана себе искусственно. А разгадка — в том персонаже, который их отталкивает, в Малыше. «Он одинок, зависим, раним», — говорят они и отрицают всякое сходство с ним. Оставаясь при этом ранимыми и одинокими.

Малыш и Карлсон — две половинки одного целого. Карлсон — яркий экстраверт, Малыш — робкий интроверт. Один свободен, другой ограничен страхами. Но именно Карлсон тянется в дом, к теплу и плюшкам, а Малыш — на крышу: боится, но хочет.

Получается закономерность: тот, кто выбирает Малыша — за послушание, за любовь близких — и не любит Карлсона за риск и безответственность, в жизни, скорее всего, будет вести себя как Карлсон. А тот, кто равняется на Карлсона и презирает слабость Малыша, на поверку часто оказывается внутри одиноким и непонятым Малышом.

Зачем это понимать

Гештальт-терапевты убеждены: ради целостности личности противоположности нужно не подавлять, а интегрировать — признать в себе обе части. Это особенно непросто, когда речь идёт о слабости и уязвимости, которую так трудно принять.

Разбор простой детской сказки оказывается разговором о нас самих: о непризнанной части личности, о детском одиночестве, которое мы носим во взрослую жизнь, и о том, что настоящая зрелость — это не выбор между «сильным» и «слабым» в себе, а способность вместить и то, и другое. И если какая-то из этих частей причиняет боль или мешает жить, увидеть и примирить их бережнее всего помогает работа с психологом.